Экономика

У России ничего не осталось, кроме китайского экономического чуда

Небывалый рост китайской экономики после бурного взлета слегка замедлился. Либеральные экономисты стращают: мол, это может ощутимо ударить по России, которая является одним из главным торговых партнеров Китая. На самом деле бояться нечего, уверяют эксперты «Свободной прессы».

Трампу рано праздновать победу над Пекином

Опубликованные Национальным бюро статистики Китая макроэкономические данные за 2018 год вселили во многих экспертов тревогу. За прошлый год национальная экономика (ВВП) Поднебесной выросла, по предварительным данным, на 6,6% — а это самый низкий показатель с начала девяностых годов (в 1990 году, когда страну возглавлял Ян Шанкунь, ВВП вырос всего на 3,9%).

Затем показатели колебались, причем в середине «нулевых» годов (с 2003 по 2007 годы) измерялись двузначными цифрами. На этом фоне, конечно, нынешний индикатор кажется весьма скромным. Хотя он значительно превышает, скажем, рост общемирового ВВП (3,8% в 2018 году) и уж тем более российского (анекдотичные 1,7%).

Конечно, дело вовсе не в цифрах — статистики всего лишь констатируют, что крупнейшая экономика планеты, чрезмерно «перегретая» от сверхбыстрого роста, начинает постепенно «охлаждаться». Сказывается огромное количество факторов, которые китайским (и западным) экономистам еще предстоит оценить. Чтобы внедрить активные инструменты, позволившие бы в 2019 году предотвратить дальнейшее замедление экономического роста: это смещение структуры совокупного спроса в сторону потребления домохозяйств, капиталовложений предприятий и более избирательных инвестиций в инфраструктуру.

Между тем, американский президент Дональд Трамп наверняка в число своих заслуг искренне хотел бы занести развязанную с Китаем в прошлом году торговую войну. Только вот первый раунд развязанной им войны Трамп проиграл. Согласно данным китайского правительства, американские санкции особо значимого урона не произвели: профицит торгового баланса Китая и США по итогам прошлого года достиг рекордных $ 323 миллиардов. И сальдо торгового баланса будет продолжать расти.

Американцы толкают Китай и Россию в объятия друг друга

Американские санкции лишь подстегивают официальный Пекин к ужесточению экономических и политических мер. В частности, в течение всего 2018 года две страны вели переговоры о введении импортно-экспортных взаиморасчетов посредством юаней и рублей — как альтернативы доллару США. В ноябре даже появилась информация, что завершаются переговоры о трансграничном использовании национальных платежных систем: китайскую кредитную карту Pay можно использовать было бы в России, а российскую карту «Мир» — в Китае.

В двусторонней торговле России с Китаем около 14% платежей уже осуществляется в юанях, и около 7−8% — в рублях, сообщает Минфин России. Российский Центробанк также активно скупает юани для пополнения золотовалютных резервов, и к концу 2018 года китайский юань стал четвертым по величине компонентом резервов Центробанка после евро (32%), доллара США (22%) и золота (17%).

На фоне растущая взаимосвязи российской и китайской экономики «охлаждение» последней и вызывает обеспокоенность отечественных экономистов. Некоторые (в основном из либерального стана) и вовсе бьют в набат: поскольку, мол, китайцы являются одними из крупнейших покупателей российского минерального сырья (в первую очередь, конечно, углеводородов), то и снижение экспортного спроса вызовет цепную реакцию, которая ударит по всей экономике России.

Между тем, кстати, западные эксперты подобного пессимизма относительно перспектив российской экономики не разделяют. Скажем, влиятельный журнал Economist прогнозирует рост японского ВРП в 1,4%, западноевропейского — в 1,7% (в Германии, которая считает себя «движком» всего Евросоюза — 1,8%), а российского — на уровне 1,8%.

Как считает Economist, именно крупнейшие развивающиеся страны начинают активно восстанавливать экономику после прежнего спада: Россия — после падения цен на нефть, Бразилия — после политической неопределенности, а Индия — после реформ Нарендры Мори, направленных на противодействие черному рынку.

Так стоит ли доверять апокалиптическим прогнозам относительно влияния «охлаждения» китайской экономики на Россию? Этот вопрос «СП» задала нашим постоянным экспертам.

Проблемы Китая на Россию влияют мало

Старший научный сотрудник Центра комплексных европейских и международных исследований Высшей школы экономики (ВШЭ) Василий Кашин:

— У нас любят крайности: либо все хорошо, либо — сущий ад! Отсюда при малейших проблемах чудовищная волна пессимизма. Так и в этом случае. Если рост экономики Китая замедляется, на нас это отражается только одним образом — через падение цен на нефть. Однако оценить, как конкретно это китайское «замедление» отразится на нефтяном рынке, пока невозможно. Ведь есть еще факторы других игроков — Венесуэлы, Ирана и других.

Плюс правительство России закончило прошлый год с большим бюджетным профицитом, провело непопулярную пенсионную реформу и повысило НДС. Так что каких-то немедленных тяжелых последствий для экономики и бюджета быть, на мой взгляд, не должно.

Старший научный сотрудник Института экономической политики Сергей Жаворонков:

— Китайские власти перенапрягли экономику масштабными расходными проектами (от военных до идеи выхода в ближайшие годы на всеобщее пенсионное обеспечение, но все эти перечисленные мною факторы конкретно России угрожают мало.

Китай — это 15% нашего экспорта в первом полугодии 2018 года, причем почти исключительно это нефть-нефтепродукты-газ-уголь (67%) и древесина (10%). Даже если немного замедляющаяся экономика Китая станет меньше их потреблять, по этой товарной группе более дешевых вариантов у Китая нет, они скорее сократят закупки того же угля в Австралии и Индонезии.

Источник: newsdiscover.net

Поделиться в:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Top